Автошины продажа www.podkova25.ru
Повышение плодородности почвы, образование плодородного слоя
Повышение плодородности почвы, образование плодородного слоя

Кто сосчитает, сколько поколений русских лю­дей было вскормлено нашей землей за счет ее естественного плодородия! Но вот пришли 50-е годы двадцатого столетия, годы «боль­шой химии». На поля обрушились тонны ми­неральных удобрений и пестицидов, а на есте­ственное плодородие махнули рукой. Резуль­тат такой массированной атаки оказался пла­чевный — урожаи выросли лишь на короткое время, потом же стали снижаться, ухудши­лось качество сельскохозяйственной продукции, а в питьевой воде родников и колодцев появились нитраты, пестициды, гербициды и прочие «блага» химии. «Живое тело» почвы умирает. Химия и отвальная вспашка разруши­ли 50 % гумуса наших почв. Можно ли еще восстановить плодородие зем­ли и вернуться к естественному способу по­лучения урожая?

Да, задача эта вполне разрешима, и реше­ние ее сулит оздоровление природы и улучшение качества.

В XVIII—XX вв. было испробовано мно­жество способов обработки почвы, однако боль­шинство из них имело цель — заставить отдавать как можно больше, не пытаясь воспол­нить утраченное плодородие. Наилучший из способов был отработан к концу XIX в. в Рос­сии. Он учитывал, что почва (как и всякое жи­вое тело) требует постоянного питания. С пищей все живое на Земле получает энергию, а она заключена в веществах, которые содержат органические соединения углерода.

Верхний слой почвы, не более 6—8 см, еже­годно насыщался довольно большим количест­вом органических веществ, поэтому основная масса корней всех культурных растений накап­ливалась здесь, тем более что глубже почва вообще не затрагивалась орудиями обработки. Сюда же ежегодно вносился свежий навоз. Чем больше хозяин имел скота, тем больше вносил навоза, тем выше был урожай. Таким образом, почвенные микроорганизмы в прослойке с до­статочным количеством кислорода воздуха, т. е. в аэробных условиях, все время имели органические вещества для переработки.

В 30-е годы в науке взя­ла верх теория академика В. Р. Вильямса, считавшего, что гумус создается в анаэробных условиях (без доступа кислорода). Единствен­но верной была признана отвальная вспашка, при которой растительные остатки перемеща­ются на дно пахотного слоя. Там, по представ­лению Вильямса, и должно было образовы­ваться максимальное количество гумуса. На са­мом деле не надо быть почвоведом, чтобы с помощью лопаты обнаружить на любом лугу место образования гумуса — в дерновом слое почвы, там, где сосредоточены основные запа­сы растительных остатков, выделения живых корней и много кислорода. Вы сами можете про­вести такой простой опыт. Возьмите песок, поместите его слоем 20 см в одинаковые сосу­ды и внесите туда одинаковое количество ра­стительных остатков, но в разные слои: в один — 0—6 см, в другой — 14—20 см. После полного разложения растительных мате­риалов окажется, что в слое 0—6 см образова­лось в 24 раза больше гумуса, чем в слое 14—20 см.

Против отвальной вспашки, и, значит, основ­ного положения Вильямса возражали многие ученые, опиравшиеся на опыт крестьянских хозяйств. Как правило, их объявляли «врага­ми народа». И, что удивительно, мы до сих пор продолжаем убивать живую почву с помощью «культурной» отвальной вспашки. А между тем в природе существует только один способ соз­дания потенциального плодородия — перера­ботка органических веществ в аэробных усло­виях.

Но, может быть, запахивание способствует лучшему питанию растений? По теории Виль­ямса, веществ, полезных для почвы и для ра­стений, больше образуется в анаэробных усло­виях. Пробовали глубоко запахивать солому или неперепревший соломистый навоз — уро­жай от этого резко снижается. Стало ясно, что теория неверна: ведь и у крестьян урожай повышался, когда они вносили соломистый навоз под соху, т. е. неглубоко. Возражать Вильямсу все равно было опасно, и ученые придумали теорию закрепления азота. Мол, микроорганизмы, получая слишком много угле­родной пищи в виде соломы, забирают азот из почвы и лишают растения этого основного элемента плодородия, поэтому урожай сни­жается. Но попробуйте запахать солому без азота, а рядом — солому с азотными удобре­ниями. Во втором случае урожай будет го­раздо ниже, чем в первом. Значит, дело не в отсутствии азота.

Микробиологам давно известно, что разло­жение растительных материалов в анаэробных условиях сопровождается образованием органи­ческих кислот, а они — яды для высших растений. Запахивание соломы с азотом уси­ливает образование кислот, поэтому растения страдают от продуктов брожения сильнее, чем при замедленном разложении соломы, запахан­ной без азота. Выходит, что при обработке только верхней прослойки и внесении в нее растительных остатков можно значительно по­высить урожай. Таким путем мы будем кор­мить полезные микроорганизмы в почве, а они — кормить растения.

Микроорганизмам для размножения необхо­димы источники органического углерода, а наи­лучшие из них — свежие органические удоб­рения. Микроорганизмы на удобрениях наращивают биомассу быстрее. В це­линном состоянии почва является саморегули­руемой системой. Микроорганизмы там в боль­ших количествах накапливаются весной, когда много отмерших растительных материалов. И земледелец в силах обеспечить микробов таким питанием. За рубежом давно уже не сжигают ни солому, ни обрезки винограда — все идет в корм аэробным микроорганизмам. По­пробуйте извлечь из почвы трубчатый отрезок стебля кукурузы, когда на поле растет следую­щая после нее культура. Вы увидите, что корни жадно оплели трубку и снаружи и внутри. Эти корни «пришли» за сбалансированным минеральным кормом, который готовят им мик­робы.

Допустим, мы внесли в почву слишком много соломы и микробам не хватает азота для усвоения углеродной пищи. Тогда начи­нают усиленно размножаться такие виды мик­роорганизмов, которые могут брать азот из воздуха — их называют азотфиксирующими. Почва при этом обогащается азотом. Если осенью внести измельченную солому в верхний слой почвы, то микробы заберут из нее азот, который не взяли растения, и сохранят его в своих клетках для следующего урожая. В этом случае не будет протекать накопление нитра­тов, а значит, не будет потерь азота от вымы­вания и от денитрификации (превращения азота в газообразную форму). Весной начнет­ся быстрое размножение микроорганизмов, за­тем их отмирание, а растения получат азот только в аммиачной форме, что для них и требуется, поскольку нитратов уже не будет.

В окультуренной почве по сравнению с целинной много «свободного» минерального азота, особенно в виде нитратов. Целина «пускает» такой азот лишь на дело, а из пашни он теряется, когда культуры только начи­нают расти. Выходит, что мы тратим деньги на покупку минерального азота для того, чтобы пить воду с нитратами и получать в результате злокачественные заболевания.

Итак, начиная «окультуривание» целинной почвы с помощью отвальной вспашки, мы нару­шаем все законы создания естественного (по­тенциального) плодородия, перемещаем плодо­родный слой и растительные остатки вглубь, а наверх выворачиваем слои, непригодные даже для прорастания семян. Природа же заду­мала так, чтобы семена попадали в самую благоприятную обстановку, где есть запасы питания и сосредоточены полезные аэробные микроорганизмы, защищающие растения от различных заболеваний. Отмершие корни в це­линной почве служат питанием микробам-анта­гонистам, которые подавляют болезнетворные формы. Все практически важные антагонисты являются аэробами, поэтому после запахивания растительных остатков аэробная прослойка поч­вы лишается пищи, а растения лишаются есте­ственной биологической защиты. Зато там появ­ляются микробы, способные повреждать живые корни растений, что они и делают.

Лет 15 назад выяснилось, что в арсенале почвы имеются не только микробы-антагони­сты, но вырабатываются и вещества, придаю­щие растениям стойкость к заболеваниям. Эти вещества (экотолы) образуются в резуль­тате микробной переработки растительных остатков в аэробных условиях. Пе­реработка идет цепочкой: одни микробы обра­зуют определенные вещества, другие преобра­зуют их и так далее, пока не получится необходимое. Интересно, что из разных растений вырабатываются разные «ле­карства», так что почва может содержать це­лую аптеку. Более 20 лет назад мне довелось наблю­дать, как в сырое холодное лето на песча­ной почве овес заболел мучнистой росой. Только в варианте с обогащенным растительными остатками верхним слоем (0—6 см) боль­ных растений не было. В те же годы карто­фель не заболел фитофторой лишь на делян­ках, где в верхний слой почвы несколько лет подряд вносили солому.

На практике все еще осуществляется ло­зунг : «не ждать милостей от природы,— взять их у нее» Для того чтобы «взять», удобными показались химизация сельского хозяйства и обработка почвы. Оба направлены на оконча­тельное и быстрое уничтожение естественного биологического плодородия, на превращение почвы в мертвый субстрат для внесения ми­неральных удобрений и ядов.

Тяжелые минерализованные почвы, сколько их ни паши, после первого дождя сливаются, а после высыхания уподобляются бетону. Ежегодное обогащение верхней прослойки ра­стительными остатками дает пищу аэробным бактериям, разрушающим клетчатку. Бактерии эти вырабатывают много слизей, которые долго не разрушаются другими микробами. Такая почва быстро приобретает структуру. Кроме того, на растительных остатках легко разра­стается мицелий   микроскопических грибов. Попробуйте разъединить две заплес­невевшие рядом соломинки — они прочно связаны между собой. Так и пронизанная ми­целием почва приобретает стойкость к выду­ванию и смыву.

По мере разложения растительных остатков там, где они находились, остаются пустоты. Пронизанный ими верхний слой почвы стано­вится рыхлым даже после уплотнения колеса­ми машин, и за счет этого сохраняется влага в нижних горизонтах.

Многие садоводы получают участки на страшных неудобных местах, где вместо почвы сплош­ная глина или песок. Обычно в таких случаях почву приходится создавать заново. Сделать это можно за 3—5 лет, наращивая урожай посте­пенно, если поступать так, как задумано са­мой природой.

С осени роют канавку глубиной около 10 см, длиной 60—70 см. Укладывают в нее жгутом солому сколько поместится. Рядом де­лают такую же канавку, а почвой из нее за­сыпают солому в первой. Поскольку в соломе мало азота и фосфора, последние вносят в виде минеральных удобрений, растворенных в воде. Если вместо соломы используется сено, то мож­но обойтись без минеральных удобрений, но сено должно быть из трав без созревших семян. В соломе тоже много семян сорняков, поэтому перед внесением ее хорошо бы про­сеять.

Что можно выращивать поначалу на такой почве? Землянику, горох, бобы, фасоль, са­лат. Землянику сажают рядами, а в промежут­ках делают канавку и 2 раза за лето вносят в нее сено из трав, скошенных до созревания семян. На будущий год можно получить вполне при­личный урожай.

Для заселения микроорганизмами первичной почвы нужно взять около 1 кг полуперепрев­шего соломистого навоза, компоста или поч­вы из-под них. Субстрат хорошенько разбол­тать в ведре воды, а затем добавлять по 1 л болтушки на лейку воды и поливать грядку, заправленную соломой. Этого достаточ­но, чтобы запустить механизм образования поч­вы и накопления в ней полезных продуктов микробного происхождения. В последующие годы осенью растительные остатки огородных культур также используются для удобрения.

Удобрение почвы растительными остатками не исключает применения минеральных удобре­ний, но они используются экономно, проходят стадию органического вещества и не угрожают накоплением в почве и овощах нитратов. А те, кто сомневается, пусть попробуют вырастить что-нибудь в первый год на глине только с минеральными удобрениями — ничего не выйдет.

Таким же способом могут поднять потенци­альное плодородие земли и фермерские хозяй­ства. Правда, там возникает проблема борьбы с сорняками, но она решается весенней про­вокацией всхожести, когда сорняки уничто­жаются одновременно с посевом яровых куль­тур. Механизированное внесение растительных остатков в верхний слой почвы требует их измельчения. Такие орудия имеются, изобре­тать их нет необходимости. Внесение соло­мы под картофель с осени может проводиться и под плуг на глубину 15—18 см, поскольку весной при посадке будут сформированы греб­ни, а в них разложение пойдет по аэробному пути. Урожай картофеля при этом повышается на 20—25 %.

Случается, что под садовые участки выде­ляются и вполне приличные земли типа зале­жи или целины, и тогда, как правило, воз­никает вопрос: воспользоваться ли сразу мощью дернового слоя или глубоко перекопать все, вывернув на поверхность нижние слои?

Много лет назад я получил участок на хорошей суглинистой залежной поч­ве. В июне мы перевернули дерновый слой около 10 см корнями кверху, трава быстро подсохла. В конце месяца сделали в земле небольшие лунки и посадили розетки земля­ники. А соседи свой участок глубоко переко­пали и в один день со мной посадили зем­лянику из той же партии, тех же сортов. На следующее лето у них были большие много-листные кусты, у нас же скромные кустики. Зато по выходным я вез в Москву ведро и корзину ягод, а соседи — маленькую корзи­ночку. Никогда больше не было у нас и такой картошки с огурцами.

Внесение соломы и сена поддерживает уро­жай на приличном уровне в любом случае, но нужно всегда помнить, что разложение расти­тельных остатков должно протекать только в аэробных условиях.

И. Востров





Самое читаемое

Посетители